О проекте О нас Новости Контакты Наш бюллетень
На главную Написать Карта сайта
Мы знаем уже так много о причинах рака,
что не только возможно, но и совершенно необходимо
поставить противораковую борьбу
на рельсы профилактики.

Академик Н.Н. Петров (1947 г.)


Сегодня: 18.11.2017
НОВОЕ НА САЙТЕ

28.07.17
Фитоэстрогены и рак: за и против

14.06.17
Актуальные вопросы профессионального рака в России

05.05.17
О просветительной противораковой работе в современной России

09.03.17
Некоторые наноматериалы и волокна
Материал из серии "Информация из монографий МАИР". Том 111,  2014

31.01.17
Предупреждение и борьба с неинфекционными, в том числе, онкологическими заболеваниями - глобальные, региональные и национальные действия
Обновлен раздел

19.10.16
Некоторые химические соединения, присутствующие в промышленных и потребительских товарах, пищевых продуктах и питьевой воде.
Материал из серии "Информация из монографий МАИР". Том 101,  2013

28.09.16
25 лет работы Московского  онкогенетического регистра
Опыт создания и функционирования  в условиях современной России

01.07.16
Против необоснованной рекламы соляриев
Рекомендации для любителей загорать и пользоваться услугами соляриев

21.06.16
Еще раз о профилактических  вакцинах
Вопросы вакцинопрофилактики некоторых онкологических заболеваний в России

01.06.16
Современные подходы к изучению канцерогенной безопасности, противоопухолевой, антиканцерогенной и гетеропротекторной активности фармакологических препаратов
(выдержки из статьи)

26.05.16
Профилактические противораковые вакцины

11.03.16
Канцерогены в водной среде: некоторые аспекты проблемы

03.03.16
Профилактика рака. 12 путей снижения индивидуального онкологического риска
Последнее издание Европейского Кодекса против рака


 

АРХИВ  МАТЕРИАЛОВ за 2015 год >> 

АРХИВ  МАТЕРИАЛОВ за 2014 год >>

АРХИВ  МАТЕРИАЛОВ за 2013 год  >>

АРХИВ  МАТЕРИАЛОВ за 2012 год  >>

АРХИВ  МАТЕРИАЛОВ за 2011 год  >> 

АРХИВ  МАТЕРИАЛОВ за 2010 год  >> 

АРХИВ МАТЕРИАЛОВ за 2009 год  >>


Причины заболевания раком молочной железы и возможности его профилактики

         Выдержки из статьи

         Нелюбина Л.А., к.м.н.; Лактионов К.П., профессор
         ФГБУ "Российский онкологический научный центр им. Н.Н.Блохина" РАМН

        "Вестник РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН, т. 24, №2, 2013

         Опубликовано 03.04.2014

 

Заболеваемость

Рак молочной железы (РМЖ) стоит на первом месте по распространенности у женщин во всем мире, включая Российскую Федерацию, и служит основной причиной смерти женщин от онкологической патологии. В 2008 г. в мире диагностировано 1,38 млн новых случаев заболевания по сравнению с 500 тыс. в 1975 г., что составило 23% всех случаев злокачественных новообразований и 16% смертельных исходов у женщин[Jemal A. et al., 2011]. К 2030 г. число заболевших РМЖ предположительно составит 2,1 млн человек [http://glo-bocan.iarc.fr].

Самая высокая заболеваемость – 75–110 случаев на 100 тыс. женщин – наблюдается в странах с высоким уровнем социально-экономического развития – в Северной Америке, Австралии и Западной Европе; в большинстве стран Африки и Азии заболеваемость самая низкая – менее 20 на 100 тыс. женщин [http://glo-bocan.iarc.fr]. Государства Северной и Восточной Европы, включая Россию, где, по данным на 2009 г., число новых случаев составило 45,5 на 100 тыс. женщин, занимают промежуточное положение [Давыдов М.И., Аксель Е.М., 2011].

Обследование мигрантов из регионов с низкой заболеваемостью показало, что заболеваемость среди них достигает уровня страны местонахождения в течение одного-двух поколений, что свидетельствует о значительном влиянии окружающей среды и образа жизни [McPherson K. et al., 2000].

В последние 15–20 лет в ряде экономически развитых стран наряду с высокой заболеваемостью РМЖ наблюдается сокращение смертности от него вследствие распространения инновационных медицинских технологий диагностики и адъювантной терапии опухоли [Coleman M.P. et al., 2008]. Так, по данным ВОЗ, в странах Евросоюза с 1995 г. смертность от РМЖ снизилась на 21% [http://glo-bocan.iarc.fr]. В России, начиная с 2003 г., можно наблюдать относительную стабилизацию смертности, ранее быстро нараставшей.

Заболеваемость и смертность повышаются с возрастом: до 75% всех случаев РМЖ приходится на период постменопаузы [Pegram M.D. et al., 2012]. У женщин моложе 35 лет заболеваемость низкая – менее 5% всех случаев.

У мужчин также возможно развитие РМЖ, хотя наблюдается это крайне редко. Поэтому РМЖ можно назвать женской опухолью.


Причины РМЖ

Помимо возраста и пола выделен ряд факторов, которые ассоциируются с повышением риска РМЖ, в их числе наследственная предрасположенность, РМЖ в семейном и индивидуальном анамнезе, эндокринные влияния, перенесенные пролиферативные заболевания и облучение молочных желез (МЖ), повышенная плотность ткани МЖ, а также отдельные факторы образа жизни.

Существует общепринятое мнение о том, что рак – генетическое заболевание, возникающее в результате прогрессивного накопления в геноме соматических клеток молекулярных повреждений [Bell D.W., 2010; Wood L.D. et al., 2007]. По современным данным, развитие типичной опухоли определяют от 50 до 80 различных соматических мутаций [Wood L.D. et al., 2007]. Среди них одни возникают в результате нарушений репликации ДНК, другие – вследствие воздействия комплекса экзо- и эндогенных мутагенов. Мутационные изменения могут быть как наследственными, так и приобретенными – спорадическими.


Наследственная предрасположенность

Это один из самых значимых факторов риска (ФР). Выделяют два вида наследственного РМЖ: семейный и наследуемый.

Семейный РМЖ составляет 20–30% всех случаев, его связывают с комплексом генетических изменений в разнообразных низкопенетрантных генах [Lichtenstein P. et al., 2000].

Наследуемый рак составляет 5–10% всех случаев РМЖ и обусловлен наследуемыми мутациями определенных генов – BRCA1, BRCA2, ТР53, РТЕN или др. Для наследуемых форм характерны высокая вероятность рака, вертикальная передача от матери или отца и сочетание с опухолями других локализаций. Наследуемый РМЖ часто возникает в молодом возрасте и характеризуется аутосомно-доминантным типом наследования (т. е. возникает при наличии терминальных мутаций только в одной копии генов) [Lichtenstein P. et al., 2000; Turnbull C., Rahman N., 2008].

Риск семейного рака зависит от числа заболевших членов семьи, близости их родственной связи и их возраста в момент заболевания: чем моложе заболевший родственник, тем выше вероятность наследственной составляющей. Наличие в семье одной родственницы I степени родства (мать, родная сестра, дочь), болевшей РМЖ, увеличивает риск заболевания в 1,8 раза, 2 родственников – в 3 раза, 3 родственников или более – в 4 раза [Collaborative Group on Hormonal Factors in Breast Cancer, 2001].

Доминантные герминальные мутации генов  супрессоров опухолевого роста BRCA1 и BRCA2 отвечают почти за 50% всех случаев наследуемого РМЖ [Foulkes W.D., 2008].

Нарушение функции этих генов приводит к нестабильности генома и повышенной вероятности злокачественной трансформации. В генах BRCA выявлено более 1000 герминальных мутаций.

Генетическое обследование позволяет выявить носительниц мутаций генов BRCA1 и BRCA2, у которых риск РМЖ в 10–30 раз превышает общепопуляционный и достигает 85%. При этом у мужчин – носителей мутаций генов ВRСА1и ВRСА2 повышен риск РМЖ, рака предстательной железы и ряда других опухолей.

Носители мутаций генов ВRСА в общей популяции встречаются очень редко – с частотой менее 1 %, и в большинстве случаев семейного рака их выявить не удается. При этом наличие у заболевших моложе 50 лет родственника, болевшего РМЖ в возрасте до 50 лет, увеличивает вероятность данных мутаций на 25%. Риск данных мутаций повышается при наличии рака яичников у кого-либо из родственниц I степени родства, двустороннего РМЖ или сочетания РМЖ и рака яичников.

Значительное повышение риска РМЖ (в 8–10 раз) отмечается при двух очень редких наследственных синдромах – Ли-Фраумени и Коудена, обусловленных герминальными мутациями в генах ТР53 и РТЕN соответственно. Синдромы характеризуются развитием множественных опухолей различных локализаций, в том числе РМЖ [Turnbull C., Rahman N. et al., 2008].


Эндокринные факторы

Эндогенные гормональные влияния. Результаты эпидемиологических и других исследований свидетельствуют о взаимосвязи между риском РМЖ и репродуктивным анамнезом женщин. Основные периоды роста и развития МЖ – пубертатный, беременность и лактация – проходят под влиянием стероидных гормонов яичников: эстрадиола и прогестерона, а также инсулина и факторов роста. Стимулируя пролиферацию клеток эпителия МЖ, стероидные гормоны повышают вероятность случайных генетических повреждений клеток в процессе их деления, выступая активаторами или промотерами опухолевого роста.

Репродуктивные факторы, которые увеличивают продолжительность действия и/или уровни стероидных гормонов яичников, повышают риск РМЖ. К таким факторам относятся длительный менструальный период с ранним началом менструаций (до 12 лет) и поздней менопаузой (после 55 лет) и отсутствие в анамнезе родов или поздние первые роды (после 30 лет) [Hulka B.S., Moorman P.G., 2001; Kelsey J.L., Gammon M.D. et al., 1993]. Риск РМЖ у родивших первого ребенка в возрасте 30–34 лет равен риску нерожавших, а у родивших первого ребенка после 35 лет риск выше, чем у нерожавших. У женщин с менопаузой, наступившей после 55 лет, риск РМЖ в 2 раза выше, чем у женщин с менопаузой до 44 лет. У женщин с высокими уровнями эндогенного эстрогена и тестостерона в период постменопаузы риск заболевания повышен в 2 раза по сравнению с женщинами, имеющими низкие уровни этих гормонов [Tamimi R.M., Byrne C. et al., 2007; Key T., Appleby P. et al., 2002].

При этом выполнение овариэктомии в возрасте до 35 лет значительно снижает риск РМЖ – более чем на 60%. Первые роды в раннем возрасте (до 28 лет), большое количество родов, позднее половое созревание и ранняя менопауза снижают риск и могут рассматриваться как защитные факторы [Kelsey J.L., Gammon M.D. et al., 1993; Lambe M., Hsieh C. et al., 1994]. У женщин, родивших первого ребенка до 20 лет, риск РМЖ почти в 2 раза ниже, чем у женщин, впервые родивших после 30 лет. Риск снижается соответственно числу родов. Так, при наличии 5 родов или более риск РМЖ в 2 раза ниже, чем у нерожавших.

Длительное грудное вскармливание (в течение года или более) также снижает риск РМЖ, причем тем сильнее, чем продолжительнее период лактации. Суммарный анализ данных 47 эпидемиологических исследований с включением 30 стран (более 50 000 наблюдений) позволил выявить статистически значимое уменьшение риска на 4,3% после каждых 12 мес грудного вскармливания [Collaborative Group on Hormonal Factors in Breast Cancer, 2002].

Беременность, как и лактация, уменьшает число менструальных циклов и, соответственно, кумулятивное воздействие эндогенных гормонов. Кроме того, беременность и лактация оказывают непосредственное влияние на клетки эпителия МЖ, способствуя их истинной дифференцировке (зрелости), которая достигается только с лактацией. Предполагают, что дифференцированные клетки более устойчивы к канцерогенезу по сравнению с недифференцированными [Russo J., Moral R. еt al., 2005; Britt K., Ashworth A. et al., 2007].

В ряде проспективных исследований не выявлено причинно-следственной связи между искусственным абортом и повышением риска РМЖ[Beral V., Bull D. et al., 2004; Committee on Gynecologic Practice, 2009].

Длительное использование комбинированных пероральных контрацептивов дает небольшое повышение риска РМЖ (относительный риск 1,24), который снижается через 5 лет после прекращения приема препаратов [Collaborative Group on Hormonal Factors in Breast Cancer. 1996; Marchbanks P.A., McDonald J.A. et al., 2002].

Длительное (на протяжении 5 лет или более) применение комбинированных препаратов, содержащих эстрогены и прогестагены, с целью заместительной гормональной терапии (ЗГТ) для смягчения симптомов возрастной утраты эстрогенной функции яичников повышает риск РМЖ и смерти от него, при этом более длительный прием препаратов ассоциируется с большим риском [Rossouw J.E., Anderson G.L. et al., 2002; Chlebowski R.T., Anderson G.L. et al., 2010; Beral V., Reeves G. Et al., 2011]. По данным ряда рандомизированных плацебо-контролируемых исследований, выполненных в рамках Women`s Health Initiative (1993—2003 гг.) с участием 161 809 женщин в возрасте 50–79 лет, установлено повышение заболеваемости инвазивным РМЖ на 24% среди женщин с интактной маткой, получавших комбинированные препараты ЗГТ на протяжении 7 лет [Rossouw J.E., Anderson G.L. et al., 2002]. У другой группы женщин, входивших в исследование: ранее перенесших гистерэктомию и поэтому получавших монотерапию эстрогенами (конъюгированный лошадиный эстроген), – повышения риска РМЖ не выявлено. Следует отметить, что у 41% женщин из этой группы наряду с гистерэктомией была выполнена двусторонняя овариэктомия.

В нескольких других исследованиях [Beral V., Reeves G. Et al., 2011; Calle E.E., Feigelson H.S et al., 2009] выявлено небольшое повышение риска РМЖ, связанное в том числе с монотерапией эстрогенами, особенно у женщин пониженного питания.

Публикация материалов исследования Women`s Health Initiative повлекла значительное ограничение применения ЗГТ в США в период с 2001 по 2003 гг., что привело к быстрому снижению заболеваемости РМЖ (на 7%).

Как было показано, что у женщин, начавших ЗГТ сразу после наступления менопаузы, риск РМЖ выше по сравнению с теми, кто начал прием препаратов позже [Beral V., Reeves G. еt al., 2011]. При этом риск быстро снижался в течение 5 лет после отмены препаратов [Chlebowski R.T., Anderson G.L. et al., 2010; Beral V., Reeves G. еt al., 2011; Calle E.E., Feigelson H.S et al., 2009].

Поскольку не ясно, в течение какого периода можно безопасно принимать препараты ЗГТ, рекомендуемая в настоящее время длительность приема составляет не более 1–2 лет.


Ожирение и возрастная прибавка массы тела

В эпидемиологических исследованиях получены статистически достоверные данные о сильной связи ожирения и возрастной прибавки массы тела в период менопаузы с риском РМЖ [Food, nutrition, physical activity, and the prevention of cancer: a global perspective. Washington, 2007]. По данным противоракового общества США, у женщин с увеличением массы тела после наступления менопаузы на 10 кг или более риск РМЖ почти на 20% больше, чем у тех, кто сохранил массу тела на прежнем уровне.

Эндогенный гормональный фон представляется доминирующим механизмом во взаимосвязи ожирения и риска РМЖ. В постменопаузе эстрогены образуются в первую очередь в жировой ткани. Таким образом, избыточное количество жировой ткани становится причиной гиперэстрогении и, соответственно, повышенного риска РМЖ.

У молодых женщин в пременопаузе избыточная масса тела не является ФР РМЖ. При этом установлено, что повышенная физическая активность снижает риск РМЖ. Защитный эффект в большей степени выражен в период постменопаузы[Food, nutrition, physical activity, and the prevention of cancer: a global perspective. Washington, 2007; Friedenreich C.M., Cust A.E. et al., 2008]. Снижение риска отмечено как при умеренных, так и при выраженных физических нагрузках. Механизм снижения риска предположительно связан с благоприятным влиянием на массу тела, гормональный фон и энергетический баланс [Neilson H.K., Friedenreich C.M. et al., 2009].


Употребление алкоголя

Положительная и статистически достоверная связь между употреблением алкоголя даже в небольших количествах (один прием ежедневно) и риском РМЖ подтверждена результатами целого ряда исследований [Hamajima N., HiroseK. Et al., 2002; Key J., Hodgson S. et al., 2006; Zhang S.M., Lee I.M. et al., 2007]. При этом риск зависит от дозы и сохраняется независимо от вида употребляемого алкоголя [Key J., Hodgson S. et al., 2006]. Как показывает метаанализ данных более 40 эпидемиологических исследований, у женщин, употребляющих 2 порции алкоголя 2 раза в день (24 г алкоголя), вероятность возникновения РМЖ повышается на 21% [Singletary K.W., Gapstur S.M., 2001]. У женщин, употребляющих от 2 до 5 порций алкоголя в день, риск РМЖ увеличивается до 50%.

В исследовании с участием 51 847 женщин в постменопаузе выявлено повышение частоты эстрогенположительного РМЖ при употреблении алкоголя. Наиболее вероятный механизм повышения риска в данном случае состоит в увеличении уровня эстрогенов и андрогенов [Singletary K.W., Gapstur S.M., 2001].


Пролиферативные заболевания МЖ

Непролиферативные заболевания МЖ, такие, как кисты, фиброаденомы, эктазия протоков, не ассоциируются с избыточным ростом ткани МЖ и не повышают риск РМЖ. Пролиферативные же заболевания МЖ, подтвержденные данными биопсии, повышают риск РМЖ. Пролиферативные заболевания без атипии – гиперплазия, склерозирующий аденоз, радиальный рубец, внутрипротоковая папиллома – характеризуются избыточным ростом ткани МЖ и повышают риск РМЖ в 1,5–2 раза [Hartmann L.C., Sellers T.A. et al., 2005; Wang J., Costantino J.P. et al., 2004]. Пролиферативные заболевания с атипией – атипическая протоковая и атипическая дольковая гиперплазии – характеризуются избыточным ростом атипичных клеток в протоках и дольках МЖ и значительно повышают риск РМЖ – в 4–5 раз. Дольковая карцинома in situ повышает риск инвазивного рака обеих МЖ в 8–10 раз [Hartmann L.C., Sellers T.A. et al., 2005; Ashbeck E.L., Rosenberg R.D. et al., 2007].

Как установлено, у женщин, перенесших РМЖ, повышен риск второй опухоли. Если лечение проводилось в возрасте моложе 40 лет, риск второй опухоли любой локализации выше в 3 раза, а риск рака второй МЖ – в 4,5 раза. У лечившихся по поводу РМЖ повышен риск рака яичников и рака эндометрия из-за сходных ФР – гормональных и генетических [American Cancer society. Cancer Facts & Figures 2011-2012].


Ионизирующие излучения

Облучение грудной клетки в возрасте от 10 до 30 лет, предпринятое с лечебной целью (например, при лимфоме Ходжкина), резко повышает риск РМЖ – до 35% в возрасте 40–50 лет [Preston D.L., Mattsson A. et al., 2002]. Самый высокий риск отмечается у лиц, получивших облучение в период полового созревания. В период роста и развития, когда еще не завершена дифференцировка терминальных протоков и долек МЖ, ее ткань особенно чувствительна к действию канцерогенов. РМЖ развивается латентно, через 8 лет или более после завершения терапии, в среднем – через 23 года [Russo J., Hu Y.F., 2000].


Высокая плотность ткани МЖ

Плотность ткани МЖ – маммографический показатель соотношения железистой и жировой тканей, который в значительной степени отражает состояние эндогенного гормонального фона. Высокая плотность ткани МЖ служит независимым ФР РМЖ. Плотность паренхимы – индивидуальная особенность; при этом уменьшение плотности наблюдается с возрастом, после родов и в период менопаузы [Ursin G., Lillie E.O. et al., 2009]. Жировая ткань прозрачна и на маммограмме выглядит темной, а соединительная и железистая ткани – плотные, и на снимках они выглядят белыми. У женщин с длительно сохраняющейся высокой плотностью МЖ риск РМЖ в 4–6 раз выше, чем у женщин с менее плотной тканью [Ginsburg O.M., Martin L.J. et al., 2008; Boyd N.F., Guo H. et al., 2007; McCormack V.A., dos Santos Silva I., 2006].

Не доказано влияние курения на повышение риска РМЖ.

Изучается влияние на риск РМЖ таких факторов, как содержание жиров в продуктах питания, употребление большого количества овощей и фруктов, а также употребление других продуктов питания. Окончательные данные пока не получены [Michels K.B., Mohllajee A.P. et al., 2007].

В таблице суммированы ФР РМЖ с указанием степени относительного риска (ОР) [Singletary S.E., 2003].

Таблица. Факторы риска РМЖ

Факторы

ОР*

Герминальные мутации

 

ВRСА 1 и возраст моложе 40 лет

200

ВRСА 1 и возраст 60–69 лет

15

Дольковый рак in situ

16,4

Протоковый рак in situ

17,3

Индивидуальный анамнез по РМЖ

6,8

Облучение грудной клетки в возрасте моложе 30 лет

5,2

РМЖ в семейном анамнезе

 

наличие родственницы I степени родства, болевшей

в пременопаузе

3,3

наличие родственницы I степени родства, болевшей

в постменопаузе

1,8

Первые роды в возрасте старше 30 лет

1,7-1,9

Применение ЗГТ в течение 5 лет

1,3

Раннее менархе (до 12 лет)

1,3

Поздняя менопауза (после 55 лет)

1,2-1,5

* Относительный риск (ОР) — отношение заболеваемости среди лиц, подвергавшихся и не подвергавшихся воздействию того или иного ФР. При ОР > 1 вероятность заболевания в исследуемой группе выше, чем в контрольной, при ОР < 1 – ниже


Профилактика и скрининг

Разработка эффективных стратегий профилактики РМЖ ограничена неуправляемостью большинства ФР. При этом на некоторые ФР, связанные с образом жизни (ожирение в менопаузе, прием ЗГТ, снижение физической активности и прием алкоголя), можно влиять.

Выраженные географические различия заболеваемости, а также результаты исследований, проведенных с участием мигрантов, указывают на возможность в ряде случаев избежать развития опухоли.

К стратегиям предупреждения РМЖ относятся: 1) поддержание оптимальной массы тела; 2) регулярные физические нагрузки (рекомендуются дополнительно к обычной физической активности – 30–60 мин на протяжении 5 дней в неделю или более); 3) минимизация употребления алкоголя (менее одного приема в день). Следует также помнить, что длительное грудное вскармливание, в течение года или более, снижает риск, а употребление ЗГТ – повышает риск РМЖ.

Эффективными мерами снижения риска РМЖ являются химиопрофилактика и профилактическая хирургия.


Химиопрофилактика

Химиопрофилактика возможна при повышении ри­ска РМЖ у женщин старше 35 лет [Visvanathan K., Chlebowski R.T. et al., 2009]. Данных о пользе химиопрофилактики у лиц более молодого возраста нет.

Более 20 лет для лечения рецепторпозитивного РМЖ как в пре-, так и в постменопаузе используется тамоксифен. Адъювантная гормонотерапия тамоксифеном в течение 5 лет повышает безрецидивную выживаемость на 42% и снижает риск рака противоположной МЖ на 47% [Fisher B., Costantino J.P. et al., 2005].

По данным рандомизированных исследований, 5-летний прием тамоксифена снижает риск эстрогенпозитивного инвазивного РМЖ у здоровых женщин старше 35 лет на 49%, у больных с дольковой карциномой in situ – на 56%, при атипической гиперплазии – на 86%.

Ралоксифен дает антиэстрогенный эффект, аналогичный таковому тамоксифена, но вызывает значительно менее выраженную стимуляцию эндометрия. Прием ралоксифена в течение 4 лет женщинами в постменопаузе с остеопорозом привел к снижению заболеваемости эстрогенпозитивным инвазивным РМЖ.


Профилактические хирургические вмешательства

Для снижения заболеваемости РМЖ в группе очень высокого риска: у женщин с наследственной предрасположенностью и дольковой карциномой in situ – возможно обсуждение вопроса о выполнении профилактической мастэктомии. Профилактическая мастэктомия предполагает подкожное удаление ткани одной или обеих МЖ без подмышечной лимфаденэктомии и может быть выполнена с одномоментной реконструкцией МЖ.

Как показано, профилактическая двусторонняя мастэктомия снижает риск РМЖ у женщин из группы умеренного и высокого риска более чем на 90% [Rebbeck T.R., Friebel T. еt al., 2004; Rebbeck T.R., Kauff N.D. et al., 2009].

Профилактическая двусторонняя сальпингоовариэктомия, т. е. хирургическое удаление яичников и маточных труб, снижает риск рака яичников и рака маточных труб на 80–90%, а риск РМЖ – на 65% у носительниц мутаций ВRСА [Rebbeck T.R., Kauff N.D. et al., 2009; Domchek S.M., Friebel T.M. et al., 2010]. Несмотря на то, что у носительниц мутаций ВRСА1/2 риск рака яичников ниже, чем риск РМЖ, отсутствие надежных методов скрининга рака яичников и неблагоприятный прогноз при распространенном раке яичников оправдывают рассмотрение вопроса о выполнении данной операции после завершения репродуктивного периода (в 40 лет или раньше). При этом отдельные исследователи отмечают, что в данном случае сохраняется небольшой риск первичной карциномы брюшины –1–4,3% [Finch A., Beiner M. et al., 2006].

Возможность выполнения профилактических операций по генетическим показаниям зависит от ряда культурных и социальных факторов, включая систему здравоохранения и страховую политику.

Основным фактором, влияющим на снижение смертности, в настоящее время остается ранняя диагностика опухоли (выделено редакцией сайта).

По мере роста числа случаев преинвазивного рака и ранних стадий РМЖ будет наблюдаться дальнейшее снижение смертности [Berry D. A., Cronin K. et al., 2006]. При РМЖ 5-летняя выживаемость прямо коррелирует со стадией заболевания, достигая в настоящее время 99% при локализованных формах, 84% – при вовлечении лимфатических узлов и 23% – при наличии отдалённых метастазов [Howlader N., Noone A.M. et al., 2011].

Маммография позволяет выявить почти 85% опухолей. При этом следует четко различать скрининговую и диагностическую маммографии. Маммография с целью скрининга выполняется для выявления изменений в МЖ в отсутствие клинических проявлений. Диагностическая маммография применяется для обследования больных с клиническими проявлениями заболевания [Заридзе Д.Г., 2009].

Хотя до 15% опухолей не визуализируются при маммографии, в 45% случаев рак можно выявить с помощью маммографии до появления клинических проявлений. Метаанализ 8 рандомизированных исследований по оценке эффективности маммографического скрининга показал снижение смертности на 24% у женщин в возрасте 40–69 лет, выполнявших маммографию с интервалом 1–2 года.

При этом вклад маммографии в снижение смертности за несколько последних десятилетий составил от 28 до 65%.

Скрининговое обследование для выявления РМЖ в зависимости от возраста женщины включает клиническое обследование и маммографию, проводимые на регулярной основе с определенной периодичностью. Скрининговые программы в разных странах различны. Маммографический скрининг обычной популяции женщин рекомендуют начинать в 40 лет и впоследствии выполнять регулярно. В США рекомендуют его проводить ежегодно, в некоторых европейских странах – каждые 3 года.

Клиническое обследование рекомендуется каждые 3 года в возрасте от 20 до 39 лет и ежегодно – после 40 лет. Женщины, которые хотят выполнять самостоятельно ежемесячное обследование МЖ, должны получить инструкцию у онколога о правильном выполнении такого обследования.

Для лиц из группы повышенного риска рекомендуются более раннее начало скрининга – с 25–30 лет, сокращение интервала между обследованиями (каждые 6–12 мес) и использование дополнительных методов визуализации – магнитно-резонансной маммографии. Как установлено в последние годы, магнитно-резонансная маммография статистически значимо чувствительнее рентгеновской маммографии в диагностике преинвазивного рака in situ [Kuhl C.K., Kuhn W. Et al., 2005] и ежегодный скрининг с применением магнитно-резонансной маммографии в дополнение к рентгеновской маммографии у лиц из группы очень высокого риска привел к повышению выживаемости [Leach M.O., Boggis C.R. et al., 2005].


Заключение

Несмотря на определенный прогресс в онкологии и увеличение средней продолжительности жизни онкологических больных, РМЖ остается основной причиной онкологической смертности во всем мире.

Профилактические мероприятия, которыми мы располагаем в настоящее время, не являются универсальными, однако их применение позволяет снизить риск РМЖ и смертность от него и тем самым спасти многие жизни. Сочетание первичных мер профилактики, нацеленных на устранение ФР, и вторичных мер профилактики (скрининг, массовые обследования) обеспечило сокращение заболеваемости и смертности в последние 10–15 лет в США и ряде стран Западной Европы.

Список литературы находится в редакции

 





ИНФОРМАЦИЯ

Профилактика неинфекционных заболеваний
Глобальные, региональные и национальные действия по предупреждению и борьбе с неинфекционными, в том числе, онкологическими заболеваниями

Монографии Международного агентства по изучению рака (МАИР) по оценке канцерогенного риска для человека
Краткая информация


Полезные материалы на других сайтах:

www.ronc.ru  ФГБУ "Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина" РАМН

www.mnioi.ru  Московский научно-исследовательский онкологический институт им. П.А. Герцена Росздрава

www.niioncologii.ru ФГБУ "НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова" Минздрава России"

www.mednet.ru  ЦНИИ организации и информатизации здравоохранения Минздрава РФ

www.pror.ru  Противораковое общество России

www.oncology.ru  Kрупнейший русскоязычный ресурс по онкологии -- научный журнал и центр обмена информацией для специалистов

www.help-patient.ru  Просветительный портал для пациентов и всех интересующихся проблемой онкологии

-------------------------------------------
Печатное издание вышедших номеров информационного бюллетеня "ПЕРВИЧНАЯ ПРОФИЛАКТИКА РАКА" (2005-2008) можно заказать по адресу: 115478, г. Москва, Каширское шоссе, 24, а/я 35